Мыслю, следовательно, существую.
«Cogito, ergo sum» можно кратко понять так:
Даже в самом радикальном сомнении само сомнение подтверждает существование мыслящего субъекта. Это точка абсолютной уверенности, из которой вырастает знание.
Это утверждение — не просто умозаключение, а провозглашение автономии человеческого разума и его способности быть основанием для истины. Оно ставит вопрос: «Кто я?» — и отвечает: «Я — это то, что мыслит».
Мыслю, следовательно, существую.
«Cogito, ergo sum» можно кратко понять так:
Даже в самом радикальном сомнении само сомнение подтверждает существование мыслящего субъекта. Это точка абсолютной уверенности, из которой вырастает знание.
Это утверждение — не просто умозаключение, а провозглашение автономии человеческого разума и его способности быть основанием для истины. Оно ставит вопрос: «Кто я?» — и отвечает: «Я — это то, что мыслит».